Станиславу Дубкову — 70. Вместе с омским «Арлекином» вспоминаем факты об экс-директоре, которого сковала болезнь

О Станиславе Марковиче Дубкове – человеке, кипучая и деятельная энергия которого четыре года назад внезапно оказалась заключена в клетке тяжелой болезни, – невозможно писать официальным языком, выполняя задание редакции формальной статьей «по случаю». Он, будучи директором и лицом одного из самых известных российских театров кукол, никогда не относился к нам, журналистам, формально. Придешь, бывало, на интервью – а Станислав Маркович поинтересуется, как у тебя дела, спросит про здоровье родных, участливо выслушает, даст совет и пошутит.

– Да, он знатный шутник и острослов – эта черта в Дубкове мне всегда очень нравилась. У него всегда была шутка, на любой случай жизни, и шутка всегда уместная и в точку, – рассказывает заведующий труппой «Арлекина», заслуженный артист России Геннадий Власов, всю жизнь работавший бок о бок с героем нашего материала. – Он продолжал шутить и уже будучи директором. Мне как завтруппой приходилось нередко у него бывать на разборках в кабинете, и если приходит человек с каким-то требованием или просьбой, которую Дубков не может выполнить, – откажет так, что проситель уйдёт с улыбкой и без обид.

Нежное отношение

В Омский театр кукол (тогда еще не называвшийся «Арлекином») Станислав Маркович пришёл в 1975 году артистом. Играл спектакли с Власовым в одной бригаде, а то и вовсе на одной кукле – в постановке «Носорог и Жирафа» исполнял роль Марабу, а Геннадий Власов был его крыльями.

Эта фотография, кстати, есть на выставке, которую театр открыл к юбилею Станислава Марковича, – экспозиция «Моя жизнь – театр кукол» разместилась в фойе Большого зала и с любовью рассказывает о человеке, который вывел омский «Арлекин» в ряд ведущих театров кукол России, будучи директором уделял большое внимание сохранению традиций омской школы кукловождения, любил превращать любое событие в шоу и всегда нежно и трепетно относился к детям и старикам.

– Как он относился к ветеранам – это нам всем стоит поучиться, – рассказывает руководитель литературно-драматургической части театра Вероника Берман. – И детей он очень любил. Мы в театре каждый год проводим елки для своих детей – и Дубков не пропустил ни одной, приходил из года в год. У театральных детей был ритуал: они заходили в кабинет к Станиславу Марковичу, а он распахивал руки и всех обнимал. И Дед Мороз он был забавный. В этом театре он уже не «морозил», а в старом, на «Голубом огоньке», когда кому-то очень сильно нужно было на халтуру, можно было подойти к Станиславу Марковичу, и он не отказывал. Но он был очень смешной: почему-то ему всегда надо было, чтобы парик был лохматый, и в сочетании с его поставленным голосом получалось очень эффектно.

– И семьянин он очень хороший, – продолжает Геннадий Викторович Власов. – Мы летом обязательно обслуживали область, по два месяца по деревням ездили, и я всегда жил с Дубковым в одном номере. А он педантичный очень: утром встает за полтора часа до выезда, бреется скрупулезно, душится. Стильный всегда был. И каждое утро и каждый вечер, если в деревне нет телефона, идет на почту (сотовых-то еще не было) – обязательно звонит жене и матери. Мы над ним еще подтрунивали, мол, докладывает обо всех своих шагах. На самом-то деле понимали, конечно, что дело в его теплых отношениях с близкими. И как товарищ, кстати, он тоже очень надежный всегда был.

Бесконечное обаяние

На посту директора Дубков прослужил 23 года, с 1996-го по 2019-й. Наверняка служил бы и по сей день: Станислав Маркович был полон идей и деятельной энергии, казался несокрушимым знаменем театра – «Арлекин» без Дубкова был немыслим. Но…

Болезнь разрушила все планы. К постели оказался прикован человек, по отношению к которому такая судьба кажется особенно острой несправедливостью: незаурядный ум, внутренняя сила, доброта – все оказалось скрыто за пеленой недуга.

Когда директор заболел, театр охватила паника: как теперь жить? Но Дубков оказался настолько гениальным менеджером, что часы продолжают тикать как ни в чем не бывало. Он умел, во-первых, подбирать правильных людей в команду, а во-вторых, создавал все условия для их работы. Команда Дубкова, отойдя от первого шока, продолжает работать и по сей день.

– Станислав Маркович – это лицо, он всегда хорошо выглядел и умел себя подать. Понятно, что с ним ассоциировался театр. С ним работать было очень удобно, – рассказывает Вероника Берман. – Мы могли в пух и прах разругаться, кидать заявления на стол. Потом он приходил в твой кабинет, садился за соседний стол: «Все? Пар выпустили? Хорошо». Он же обаятельный был до бесконечности. У меня вообще своя история взаимоотношений со Станиславом Марковичем, он же работал еще с моей мамой. Я помню спектакль «Таинственный гиппопотам» – он там играл жирафа дядю Жору, а я была в возрасте лет четырех и искренне верила, что его и зовут дядей Жорой. И звала его так очень долго. И только уже будучи взрослой школьницей, поняла: какой же он дядя Жора, если он Станислав Маркович. А он тогда моей маме сказал: «Пусть продолжает звать «дядя Жора», мне так это нравится». Я и в театр на работу попала с его легкой руки.

Чтоб масштабно и красиво

С легкой руки Дубкова родился и проект, который стал крупнейшим культурным событием в Омске, принес театру известность за границей, – международный фестиваль «В гостях у «Арлекина». О том, что театру нужен свой, и непременно международный, фестиваль, директор заговорил еще в 2000 году – за девять лет до первого «В гостях у «Арлекина».

Дубков любил посещать фестивали и конференции, умел общаться и здорово это делал – на первый фестиваль в Омск афишу собрали благодаря связям Станислава Марковича. Он был не самый большой, участвовали около 12 театров, но уже тогда директор четко обозначил позицию: раз проект международный, то и доминировать должны не российские театры. И обязательно внимание к деталям – все должно быть красиво.

И следующий фестиваль, в 2011 году, выпал на 75-летие «Арлекина» – и стал одним из самых масштабных. В том числе и по географии: Дубков всегда настаивал на максимальном разнообразии, и в том году гостями и участниками фестиваля стали 20 театров кукол из России, Великобритании, Израиля, Ирана, Канады, Китая, а также Польши, Сербии, Эстонии и других стран Европы. В том же году появилось нововведение: фестиваль Омского театра кукол не должен ограничиваться только показом спектаклей – должны быть презентации, мастер-классы, лекции. Иными словами, «В гостях у «Арлекина» перерос в международный форум кукольников, который не только показывает искусство разных стран, но и обучает.

Из-за пандемии фестиваль 2021 года отменился и с тех пор не проводился. Но «В гостях у «Арлекина» вернется – театр уже формирует афишу на следующий фестиваль. Любимое детище Станислава Дубкова продолжит жить.

– Для меня Дубков – это человек-фонтан, из которого била энергия. Я не хочу его канонизировать, он не идеал, как и все мы, но он всегда был личностью, с этим не поспоришь, – говорит Вероника Берман. – Мы его очень любим и свои искренние чувства постарались выразить в юбилейной выставке. Мы через многое прошли вместе, всякое в нашей жизни было. Но все обиды уходят, и остается только любовь.

**