Во вторник, 15 февраля, в нашей стране отметили День памяти воинов-интернационалистов. Эта дата приурочена к выводу советских войск из Афганистана. О том, как он оказался в этой стране, как воевал и что видел, воина-интернационалиста Сергея ВОЛЬНОВА расспросил обозреватель «Вечерки».
На восток
Новобранцев построили на плацу в областном ДОСААФе.
– Собирайтесь, летим, – обратился к ним капитан-покупатель, прибывший в Омск за молодым пополнением.
– А куда?
– На восток.
Но Восток – дело тонкое, а еще – долгое. Есть Ближний, есть Дальний – куда повезут? Этот вопрос мучил всех, в том числе и Сергея.
– Берите побольше воды, пригодится, – подсказал капитан.
Стало понятно, что их везут на войну.
В 1987-м, когда призвали Вольнова, в Советском Союзе про Афганистан уже знали все. Как и о том, что из этой страны приходят на родину цинковые гробы. Погибать Сергей не хотел, но особого страха не чувствовал. Он был еще молодой, необстрелянный и просто не знал, что такое война. Решил, что будет служить там, где Родина прикажет, и больше не волновался.
К снаряду!
Из Омска – в Свердловск, оттуда – в Ташкент, а дальше – в Термез. В Термезе решалась судьба
новобранцев.
– Спортсмены есть? – крикнул сержант, выстроив их на спортплощадке.
– Я! – отозвался Сергей, который был кандидатом в мастера спорта по гребле.
Следом откликнулись еще несколько человек.
– Ты, – ткнул пальцем в Сергея сержант. – К снаряду!
Снарядами были брусья и турники. Особых чудес Вольнову показывать не пришлось. Он с легкостью сделал 12 подъемов переворотом и 15 раз подтянулся. Для тренированного спортсмена эта норма была сродни легкой разминке.
– Молодец! – похвалил парня сержант.
Тех, кто прошел физотбор, отправили в Кушку. В этой по тем временам самой южной части нашей страны находилась учебка, где готовили бойцов для отправки в Афганистан.
Тяжело в учении…
Молодых гоняли сурово. Условия – приближенные к боевым. Подъем в шесть утра, потом кросс, брусья, турник и на тактические занятия.
Перед занятиями нужно было набить вещмешок местным грунтом. Земли там практически не было,
вместо нее только камни, песок и еще что-то серое и сыпучее. Пыль, как называли все это в учебке. Этой пылью курсанты наполняли вещмешки и закидывали за плечи. Вес сразу же увеличивался где-то на треть, но так и было задумано. Сибиряки, не привыкшие к жизни в горах, должны были в кратчайший срок подготовить к этому свои организмы.
В полной боевой выкладке, с тяжелыми вещмешками, будущие разведчики штурмовали окрестные горы. Перед началом занятий где-нибудь на вершине маскировали расчет ДШК (крупнокалиберный пулемет Дегтярева-Шпагина. – Авт.), а парни должны были подавить эту точку и захватить высоту. Шли перебежками, в шахматном порядке, как это положено по канонам военной науки, и прикрывали друг друга. Пулеметчики, изображавшие духов, отстреливались, а наступающие палили в ответ из своих автоматов. Естественно, что патроны у всех холостые, но горы-то были самые настоящие, как и тяжелые вещмешки за спиной. Однако самое страшное – это жара…
Первый блин
После учебки Вольнова отправили в Афганистан. Он попал в спецназ ГРУ, который базировался в городе Асадабаде (провинция Кунар).
– О, сибиряк-здоровяк! – обрадовались его появлению однополчане. – На тебе пулемет, будешь у нас пулеметчиком.
По штату ему полагался помощник, но в реальности у Сергея такой роскоши не было. Взвалил тяжелый пулемет на плечо – и полный вперед. Ни дать ни взять – Рембо. Сергея так и прозвали, но это потом. А сначала ему нужно было научиться стрелять из своего пулемета – в учебке-то эту науку им не преподавали.
Первая же попытка едва не отправила его в медсанбат. Вольнов, никогда не стрелявший из пулемета Калашникова, схватил во время огня раскаленный ствол за цевье. Это у автомата цевье спрятано в деревянной накладке, а у пулемета ее просто нет. Сергей об этом забыл и по привычке сжал раскаленную железяку. Надо ли говорить, что руку сразу же обожгло?
Первый блин вышел комом, но Сергея это не испугало. На войне быстро учатся, научился и он. Ходил в рейды, брал языков и охотился за караванами. А незадолго до вывода наших войск из Афганистана на часть, где служил наш земляк, напали душманы.
Ночной бой
В то утро батальон отправили на боевое задание. В городке, где он размещался, осталась лишь одна рота. Духи, у которых везде были свои люди, узнали об этом и, как стемнеет, решили напасть.
Городок находился в низине, а вокруг – горы. Духи засели на них, расставили там восемь минометных точек и стали долбить. Надо их подавить, только как? Нашим бойцам было нечем ответить. А из техники оставались только бронетранспортер и боевая машина пехоты.
– Мужики, нужен наводчик на БТР, – крикнул водитель, заскочивший в казарму. – Есть пулеметчики?
– Я пулеметчик, – ответил Сергей, который в ту ночь был в наряде по роте.
Выскочив из казармы, он вслед за водителем полез в бронетранспортер. Мины рвались тут и там, казармы пылали. Прикрывая броней, парни забирали раненых из бомбоубежища в штабе и вывозили их на своем бэтээре на вертолетную площадку. И так до тех пор, пока их самих не подбили. Техника вышла из строя, Сергея контузило. В горячке боя Вольнов не заметил, что у него засел осколок в спине. Потом, уже утром, его вытащили врачи, а тогда парень продолжал бой.
– Влезай, мне нужен помощник! – крикнул ротный, подъехав на БМП.
Боевая машина пехоты вооружена автоматической пушкой, но у нее повредили прицел.
– Серый, давай, корректируй! – крикнул ротный Вольнову.
Командир бил трассирующими очередями, а Сергея поправлял.
– Сейчас чуть повыше… Правее… Ура, есть, попал!
До утра они погасили четыре из восьми огневых точек противника. Четыре оставшихся миномета уничтожили наши вертушки, когда рассвело. К тому времени от советского военного городка остались только стены, да и то не везде. Однако душманы так и не смогли его захватить.
А еще через несколько месяцев начался вывод войск из этой страны.
– Мы уходили достойно, – вспоминает Вольнов последние дни, проведенные в Афганистане. – И остались непобежденными, что бы сегодня ни говорили об этой войне.
Вадим ДИТКОВСКИЙ
Фото Владимира КАЗИОНОВА, а также из дембельского альбома Сергея Вольнова
*****
